События, решения

ТИТУЛ С НАГРУЗКОЙ

Все ли новые дворяне помнят о духовном наследии этого сословия?
В России сегодня насчитывается около 15 тысяч дворян. Все ли из новообращенных дворян помнят, что фамильной чертой высшего сословия была благотворительность?
ТИТУЛ С НАГРУЗКОЙ<p>

Недавно в Интернете вновь возникла тема, казалось бы, закрытая еще в прошлом году: якобы Ксении Собчак  скоро даруют дворянский титул. Ну, дадут — и ладно, хотя есть у меня подозрение, что кто-то решил поправить свой трафик «баяном», как называют в сети устаревшую (в данном случае прошлогоднюю) но-

вость. Но интересно другое: как в прошлом году, так и сегодня сама по себе перспектива вхождения во дворянство известной шоу-дивы особого удивления у публики не вызывает. И, думается, не столько потому, что сам механизм такого процесса мало понятен рядовому гражданину, но, главное, само понятие «дво-

рянство» большинству современников представляется неким ретро. В лучшем случае, выглядит как игра вроде увлечений военно-исторических клубов, в худшем — как попытка внести в и без того расколотое российское общество еще одну трещину, на этот раз сословную.

 

Между тем, по данным канцелярии Российского императорского дома, сегодня в России около 14,5 тысячи дворян. И, надо полагать, абсолютное большинство из них относятся к своему титулу вполне серьезно.

Среди них не только представители древних родов (этих как раз кот наплакал), но и немалое число новообращенных: депутатов, политиков, военачальников, министров и, конечно, бизнесменов. Все ли они понимают, что получили не только «корочки», но и некое духовное наследие российского дворянства, которое ко многому обязывает?

 

Вот один из известных современных бизнесменов и свежеиспеченных дворян, выступая недавно в

радиоэфире, рассказывает, как чудесно он все обустроил в своей усадьбе. Его «родовое имение» раскинулось на десятках гектаров. Здесь и поле для гольфа, и пруд с карпами, и конюшня с породистыми рысаками — словом, Шереметьев бы обзавидовался. А как у него с благотворительностью? Причастен, оказывается, а как же: раз в год, на Рождество, заезжает в местное сиротское учреждение с подарками детворе. Но и это уже неплохо. Многие другие «новые дворяне» и в Рождество не вспоминают о сирых и убогих.

 

Наверное, даруя им дворянство, никто не объяснил им, что благотворительность, исторически практи-

ковавшаяся представителями не только дворянского, но и купеческого сословий России, — это

не разовые наезды в богоугодные заведения, а поистине образ жизни, образ мысли. Никто не рассказал им, например, о том, что основанная когда-то в Москве на деньги князя Дмитрия Голицына больница дала начало

развитию всей столичной медицины. И для всего рода Голицыных с 1802 года и по 1917 год стала фамильным делом: представители этого рода входили в директорат, вникали во все проблемы лечебницы. В общем, деньгами и участием Голицыных московская медицина прирастала более столетия.

 

И такое отношение к благотворительности характерно было для многих небедных московских семей.

Поэтому и по сей день мы помним имена Морозовых, Щербатовых, Солдатенковых, Медведниковых и прочих российских филантропов.

 

То, что мы сегодня называем социальной ответственностью бизнеса, раньше называлось христианским долгом. И долг это не заканчивался с падением медяка в протянутую руку. Боже упаси трактовать эти

мои слова как некую укоризну новым капиталистам. Они, как и все мы, пока осваиваются в новых реалиях (десять, двадцать лет современным капиталам — еще не век), как говорится, самоопределяются. В том числе и тогда, когда обзаводятся дворянскими и купеческими титулами старой России. И все же достойно сожаления, что далеко не у всех из них есть ясное понимание, какой груз гражданских и нравственных обязанностей влечет за собой громкий титул.

ВЛАДИМИР ЕРМОЛИН

Статьи рубрики "Nota bene"

Все статьи номера

 
Проект реализуется при поддержке Благотворительного совета г. Москвы

Загрузка...