События, решения
Главная страница :: Статьи номера :: ЧРЕЗВЫЧАЙНОЕ МИЛОСЕРДИЕ

ЧРЕЗВЫЧАЙНОЕ МИЛОСЕРДИЕ

Размышления над "лесным урочищем"
Слово "благотворительность" нынешним летом высветилось в сполохах пожаров. Давно уже не было столь массового отклика на беду в российских пределах. Деньги, продукты и вещи для погорельцев собирались по всей стране. В одночасье и широким потоком пролилась доброта тех самых "физических лиц", участия которых в благотворительных процессах специалисты "третьего сектора" добиваются уже второе десятилетие, да все добиться не могут.
Процент благотворительных  отчислений рядовых граждан, так или иначе проявивших милосердие по отношению к нуждающимся, в России существенно уступает проценту  тех же отчислений бизнес-структур. Хотя на Западе, как правило, все наоборот – там, как известно, валовый продукт милосердия большей частью приходится именно на частные пожертвования.
Объяснений  тому высказано множество. Самые, как бы, очевидные причины – инертность масс («без нас помогут»),  скромный достаток большинства («лишних денег в доме нет»), подозрительное отношение к самой индустрии благотворительности («разворуют»). Это с одной стороны. С другой – у крупного бизнеса есть и деньги, и экономические стимулы для благотворительности, и – чтобы уж никого не обижать – большое доброе сердце. А нынче выяснилось, что помимо этих качеств, способствующих активному участию в благотворительности, бизнес еще и чутко реагирует на пожелания власти.  Всем памятна встреча Президента РФ Дмитрия Медведева с олигархами, после чего последние стали брать под свою опеку целые сгоревшие села – строить там школы, дороги, стадионы…
К народу с такими просьбами руководство страны не обращалось. Но скоро выяснилось, что большое доброе сердце есть и у рядовых граждан, не обремененных «заводами и пароходами». Только по линии РПЦ за полтора месяца было собрано 100 млн рублей и тысячи тонн различных вещей. А были еще пожертвования непосредственно на публикуемые в СМИ счета, через МЧС и местные власти.

БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТЬ ПОПАЛА В КАДР

Природа такого отклика, естественно, кроется в сердечном отзыве человека на чужую беду. Но механизм, который обращает энергию сочувствия в энергию соучастия, заслуживает отдельного разговора.
Произошло то, что не по силам было добиться благотворительным структурам в «мирное» время – все медиа-сообщество взялось с утра до вечера пробуждать в народе «чувства добрые». Каждый день по всем телеканалам, во всех газетах и журналах, в Интернете говорилось, показывалось, писалось о пожарах и их жертвах. Драматические кадры буквально таранили сознание людей. Обездоленные, плачущие старики, женщины, дети – как не откликнуться на такое горе.
Сыграла свою роль и линия поведения высшего руководства страны. Ежедневные сюжеты о тех или иных шагах президента и премьера в чрезвычайной ситуации, очевидно, обладали своего рода мобилизующим воздействием.
Слово «агитпроп» затюкано и обругано, но хорошо поставленные агитация за деятельную благотворительность, пропаганда милосердия – это во многом уже полдела. Именно этого «полдела» и не достает благотворительным процессам в России. Надо чтобы уж занялось из конца в конец, тогда доброта станет идеологией и власти, и СМИ, и всего общества.
Конечно, речь не о том, чтобы терроризировать население душераздирающими сюжетами круглый год. Но системной работы «сверху вниз», развивающей саму культуру благотворительности, осмелюсь утверждать, в  стране нет. Есть на этом поприще свои прорывы, удачи, замечательная практика в  отдельно взятых местах, но все на грани каких-то запредельных усилий, в режиме подвижничества.
Будем надеяться, что опыт нынешнего лета не пройдет бесследно для наших СМИ. Ну, если не продолжится системным вниманием к нуждающимся и страждущим, то хотя бы отзовется статьями, передачами, блогами о жизни тех, кому трудно живется. Даже если он и не погорелец.  

ЧП – КУЗНИЦА КАДРОВ

Мы сетуем на нехватку кадров в благотворительности. В сущности, умелых организаторов, людей дела, лидеров в любой области человеческой деятельности не так уж и много. Но вот пробил час Ч, полыхнули пожары, и, как говорится, из самой гущи народа стали объявляться обычные доселе граждане, однако с центростремительной энергетикой. Лидия Казакова из Новосибирска, домохозяйка, организовала в своем дворе сбор теплых вещей для погорельцев. Вскоре двор стал местом, куда сибиряки со всего города начали приносить свои вещи. Появились свои приемщики, сторожа, водители, экспедиторы. За лето сформировался костяк благотворительной инициативы. Люди нашли друг друга, нашли адрес приложения своих сил и энергии. Им не хочется расставаться и после того, как пожары утихнут. Можно сказать, вот так, из частной инициативы, абсолютно без каких-либо административных присмотра или поддержки  родилась благотворительная организация. У ней нет пока названия, нет устава и прочих документов. Но есть главное – люди, умеющие и желающие творить добро. Когда все случается наоборот – сначала бумаги, а люди потом, то с качеством милосердия возникают проблемы.
Сегодня очень важно не растерять такие «самопровозглашенные» комитеты помощи, поощрить, поддержать таких лидеров как Лидия Казакова. Важно для  всей российской благотворительности. Это приток новой крови в сообщество благотворительных организаций. Для самого сообщества, местами уже смахивающее на какую-то секту или ЗАО, такой приток жизненно необходим.

ФОНД, РАВНЯЙСЬ, СМИРНО!

Кстати, любопытная деталь,  немалое число благотворительных организаций  со стажем в горячие дни продолжали работать в обычном режиме, не реагируя напрямую на пожары.  Лично я не вижу здесь какого-то прокола. «Работа по плану» – это ведь тоже конкретная помощь людям. Совсем не обязательно все должны отличиться на пожаре. И помимо погорельцев в России есть, кому помогать.  Адресов беды так много, что никаких вэб-камер не напасешься. И спасибо тем, для кого благотворительность повседневная работа, вне зависимости от природных катаклизмов.
Но нюанс в том, что оперативную реакцию проявили те организации, кто не слишком велик числом, кто делает опору на волонтеров и имеет опыт подобной помощи. Наши же «тяжелые крейсера»,  благотворительные фонды с солидными  «оборотными капиталами»,  маневренностью не блеснули, придерживаясь строго исключительно уставных обязательств. Как сказала мне одна из руководительниц такого фонда, «мы созданы не для того, чтобы работать в режиме аварийной бригады, у нас свой профиль». По ее мнению, в случаях, аналогичных с нынешними пожарами, должно срабатывать государство. С чем я полностью согласен. И, попутно заметим, пока государство в лице власти свой долг перед погорельцами выполняет.
Отсюда вытекает  и еще один, заискривший этим летом, вопрос. Должно ли благотворительное сообщество состоять в запасе у государства? И при первой же тревоге быть отмобилизовано, скажем, как подсобная служба МЧС? Почему бы при общем напряге и благотворительным фондам не поработать в борьбе с общей бедой – пожарами, наводнениями, техногенными катастрофами, а то и войнами.
Не думаю, что в самом «третьем секторе» к этой идее отнесутся с энтузиазмом. Права моя собеседница – у благотворительности свой профиль. Своя стезя. Ей противопоказана зависимость от казенной колеи. Благотворительность лучше всего развивается на свободе. Думается, противников такой  свободы нет. Главное, чтобы развивалась. В том числе, опираясь и на такой опыт всенародного соучастия, какой мы наблюдали этим летом. 
ВЛАДИМИР ЕРМОЛИН

Статьи рубрики "Главный акцент"

Все статьи номера

Оставить комментарий
В целях защиты от отправки сообщений роботами, введите в поле цифры которые Вы видите на картинке.
 
Проект реализуется при поддержке Благотворительного совета г. Москвы

Загрузка...