Почему журналисты любят "открывать Америку"" />

Почему журналисты любят "открывать Америку"" />
События, решения
Главная страница :: Статьи номера :: "ДИКОЕ ПОЛЕ" БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТИ

"ДИКОЕ ПОЛЕ" БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТИ

Почему журналисты любят "открывать Америку"
Из года в год в СМИ звучит одна и та же тема – о неразвитости благотворительности в нашей стране. По мнению журналистов, как правило, впервые берущихся за благотворительную тематику, дело застряло на нулевом цикле. Как однажды заметил Илья Ильф по поводу стройки у него под окном: "Вырыли большой котлован и ведут в нем общественную работу". Справедливо ли считать отечественную филантропию "диким полем", которое никак не освоит цивилизация? И причастен ли сам труженик пера и ноутбука к милосердию? Не по службе, а по образу мысли.
На днях на одном из телеканалов наткнулся на сюжет про благотворительность в России. Закадровый голос начал с того,
что это явление в стране находится настолько «в зачаточном состоянии», что даже он, автор, впервые о нем услышал только тогда, когда получил редакционное задание «что-то» рассказать о филантропии.

В общем-то – обычное дело: каждый журналист, кого редакторский перст направил к этой теме, считает своим долгом в первых строках указать на некое «дикое поле», по которому бродит «дикий человек» и творит время от времени «дикое милосер-
дие».

Признаюсь, когда я «пришел в благотворительность» три года назад в качестве журналиста, то так и поступил – свою собственную непросвещенность в этом вопросе постарался возвести в ранг общенациональной проблемы. Устыдился позже, когда увидел, какое количество людей профессионально и многие лета трудится на этом поприще, сколько уже создано фондов и других организаций, составляющих пусть пока не единую систему, но некий каркас национальной благотворительности, каким неучтенным, но вполне угадываемым числом спасенных, поддержанных, ободренных, возвращенных к полноценной жизни людей отмечена эта деятель-
ность.

Но оставим за скобками этого пространного рассуждения тему отражения в СМИ благотворительных процессов. СМИ не любят благотворительную тематику, за редким исключением. И банально объяснять – почему. Потому. Не рентабельна. Но тут и аналитиком семи пядей во лбу не надо быть, чтобы угадать, в чем материальная невыгодность напоминать о больных, несчастных и сирых, при этом еще и дергать за карман респектабельных читателей. А коль не пишут, не показывают, «не дергают», то откуда же взяться информированности даже у профессионалов информации?

Не станем заводить волынку и по поводу отсутствия единых статистических данных отечественной филантропии. Кои бы уже сами по себе умерили в журналистах самоощущение себя как Миклухи Маклая, вступившего на дикий брег с великой просветительской миссией. Есть еще целый набор дежурных проблем благотворительности по-российски, который кочует из статьи в статью уже более качественной журналистики. И надо признать, определенные резоны из года в год повторять одну и ту же фразу: «Благотворитель-
ность в России крайне не развита» – есть.

Но куда интереснее другое. Наш брат журналист, в общем-то, не стесняется признаться в своей непричастности к милосердию. Не к случайному подаянию трогательной старушке или виртуозному гармонисту, а к великодушию системному. Как к образу жизни.
Ведь то самое явление, которое он в упор до сего дня не видел, что называется, бросалось в глаза каждодневно. Тут, мне кажется, кроется и некий ответ на вопрос о том, почему благотворительность так медленно усваивается общественным сознанием как благое дело, к которому лично ты просто обязан быть причастным.

Ну не можем, или не хотим, мы понять, что это не подвиг духа, не деяние, за которое положена медаль, не некая доблесть, выходящая за рамки нормы, а рядовое поведение порядочного человека. Мы не помогаем нуждающимся также естественно, как это делают звери, спасая и оберегая своих братьев по крови, детенышей, прежде всего. Нас «пригибают» к благотворительности. Интересы имиджа, честолюбие, замаливание грехов, корпоративная этика, мода, желание хоть как-то утвердиться в самоуважении – много чего разного приводит человека к «кружке пожертвований», помимо просто чувства сострадания и жалости.

Журналисты же, как наиболее социально адаптированные существа, всегда указывают на некий общий градус здоровья социума. И  эта убежденность тружеников пера, извините, теперь уже клавиатуры ПК, что поле милосердия народом не освоено в той
же степени, в какой оно не освоено и самим журналистом, очень показательна. Стать милосердным задолго до того, как волей редактора (начальника, пиара, корпоратива и пр.) тебя заставят окунуться в юдоль страданий и печали – это дорогого стоит. Но, увы, сегодня дается куда меньшему числу россиян, чем того хотелось бы.

И тут мой коллега прав: пока в наших умах благотворительность – «дикое поле».

НИКОЛАЙ  ВЯТКИН, журналист

Статьи рубрики "Гражданское общество: нулевой цикл"

Все статьи номера

 
Проект реализуется при поддержке Благотворительного совета г. Москвы

Загрузка...